Весенний конфликт США и Ирана принес мировой экономике новую неопределенность: цена нефти резко выросла, инфляционные ожидания усилились, а центральным банкам снова пришлось оценивать, не станет ли ценовое давление более устойчивым. Хотя нефтяной рынок поначалу приспособился быстрее, чем ожидалось, а финансовые рынки оправились от короткого периода слабости, рост еврозоны за это же время замедлился. Ситуацию в мировой экономике, на нефтяном рынке и в процентных ставках объясняет экономист банка Citadele Александрас Изгородинас.
В последние годы мировая экономика движется от одного шока к другому. Торговая война, энергетические кризисы, геополитические конфликты и резкие изменения процентных ставок стали для предприятий и потребителей частью экономической среды. Конфликт США и Ирана оказался очередным серьезным испытанием, но пока мировая экономика выдерживает его на удивление хорошо.
Конфликт США и Ирана вместе с закрытием Ормузского пролива затронул около пятой части мирового предложения нефти и вызвал резкий рост нефтяных цен. При этом сдержать более сильное ценовое давление помогли сразу несколько факторов. Экспортеры Ближнего Востока задействовали альтернативные трубопроводы, США нарастили экспорт нефти, а Китай быстро сократил закупки – вероятно, за счет стратегических запасов и перенастройки переработки.
После объявления перемирия между США и Ираном поток нефти через Ормузский пролив начал постепенно восстанавливаться, а цены на нефть пошли вниз. Однако сейчас мы снова в ситуации конфликта.
Что удивительно, глобальная уверенность производителей с начала конфликта Ирана и США даже улучшилась и за последние три месяца вышла на самый высокий уровень за четыре года. Оптимизм производителей заметен во всех крупных экономиках: в США, еврозоне и Китае. При этом трудно отделить, какая часть этого подъема связана с циклическим восстановлением сектора, а какая – с желанием компаний нарастить запасы из опасения возможных перебоев в поставках.
США легче переносят дорогую нефть, чем еврозона
Потребители пока тоже держатся. Домохозяйства западных стран весной продолжали тратить, хотя более высокие цены на нефть и снижали покупательную способность. Потребление поддерживал рост доходов, а рынок труда США весной укрепился благодаря созданию новых рабочих мест.
Финансовые рынки быстро оправились от весеннего периода слабости. К июню фондовые рынки как развитых, так и развивающихся стран достигли новых рекордных уровней. Котировки акций поддерживала сохраняющаяся вера инвесторов в рост искусственного интеллекта, которая во втором квартале перекинулась и на менее крупные технологические компании. Позитивный настрой вернулся и на рынки облигаций.
А вот картина по еврозоне слабее. В первом квартале ВВП еврозоны снизился в квартальном сравнении на 0,2%, а годовой рост замедлился до 0,3%. На отрицательный результат сильно повлияла волатильная экономическая статистика Ирландии, но сдержанный рост был виден и в целом. ВВП Франции и Литвы в первом квартале снизился на 0,1%, тогда как экономика Германии выросла на 0,3%.
Проблема еврозоны в том, что на внешние шоки она реагирует слабее, чем США. У США положительный баланс торговли энергоносителями, и более высокие цены на энергию не бьют по экономике так напрямую. Экономики еврозоны и Азии к подорожанию энергоносителей чувствительнее.
По оценке Citadele, рост цены нефти на 10 долларов за баррель уменьшает ВВП еврозоны в среднем на 0,15–0,20%. Для экономики США прямое влияние более высоких цен на нефть, вероятно, близко к нулю.
Положение промышленности в еврозоне тоже остается скромным. Несмотря на улучшившееся настроение производителей и рост объемов производства в последние месяцы, продукция обрабатывающей промышленности в апреле оказалась всего на 0,3% выше, чем годом ранее. В Германии она была на 1,6% ниже. Уверенность компаний сферы услуг во втором квартале оставалась пессимистичной, а уверенность потребителей весной заметно ухудшилась.
Процентная ставка вырастет еще
Инфляция снова стала центральным риском. В мае инфляция еврозоны вышла на самый высокий уровень за последний год – 3,2%, тогда как в США она ускорилась до 4,2%. Когда цены на нефть и топливо пошли вниз, инфляция в еврозоне в июне начала нормализоваться и опустилась до 2,8%. Базовая инфляция уже больше года держится в диапазоне 2,2–2,4%.
Самый сложный вопрос для центральных банков – временный ли это рост цен на энергоносители или он перейдет дальше, в зарплаты, услуги и ценообразование компаний. Из-за ускорения инфляции Европейский центральный банк в июне поднял процентную ставку с 2,0% до 2,25%. Ставки euribor заложили этот шаг в цену еще до решения, и шестимесячный euribor в последние месяцы стабилизировался на уровне 2,5–2,6% против среднего значения 2,15% до иранского конфликта. Финансовые рынки ждут, что осенью ЕЦБ может поднять ставку еще на 25 базисных пунктов, и не исключают нового повышения в следующем году.
Сейчас мировая экономика в лучшем состоянии, чем опасались в начале нефтяного шока. Финансовые рынки быстро восстановились, уверенность производителей высока. Для еврозоны картина сложнее: рост слабый, а подорожание энергии бьет по здешним экономикам сильнее. Поэтому главный вопрос ближайших месяцев – останется ли давление нефтяных цен и инфляции краткосрочным или заставит центральные банки реагировать еще жестче.